Глубокой ночью больная Новодворская вылезла из своей кровати и пошлёпала в туалет. Но воспользоваться туалетом по назначению ей не удалось: она выскочила из туалета с криком «Порнография!». Больные попросыпались. Пришли санитары и проверили туалет. Действительно: стены были завешаны порнографией. На фотографиях были надписи: «Приди к нам!» и «Ты с нами!». Один из санитаров спросил: «Кто развешивал порнографию?». Больные молчали и переглядывались. Оказалось, что никакой порнографии никто не видел. Санитары допытывались, а больные лупали глазами. И тут услышали храп. Храпел больной Лимонов. Его разбудили и спросили: «Это ты, паскуда, порнографию в туалете понаразвесил?». Сонный лимонов произнёс: «Какую порнографию? Да не в жисть…». И тут ему сунули под нос одну из фотографий. Лимонов воскликнул: «А, так это ж не порнография, это же – борец за свободу, одна из наших, балерина Волочкова…»

Накануне вечером Барак Обама получил письмо от передовой российской общественности. Письмо называлось «Не дадим обезкалить Россию и всё цивилизованное человечество!».

Содержание письма основывалось на том, что российская певица Алла Пугачёва осталась без кала, свидетельство о чём было зафиксировано 23 апреля 2010 года Самыми независимыми новостями.

В письме-воззвании, подписанном, в частности, Борисом Немцовым, Эдуардом Лимоновым и Гарри Каспаровым, говорилось о том, что некая «кровавая гэбня» пытается всеми силами лишить Россию кала как она уже сделала это со знаменитой певицей. В письме от Обамы требовалось немедленно вмешаться в процесс и посодействовать прекращению обезкализации России и проведению десталинизации посредством введения в Россию войск НАТО.

В доказательство к письму прикладывалось тринадцать кусков использованной Борисом Немцовым туалетной бумаги и обрывок американского флага, зацелованный больными нашей лечебницы до дыр…

В настоящее время сие письмо находится на стадии рассмотрения. В течение тридцати календарных дней со дня его получения Барак Обама напишет ответ и направит его в адрес авторов письма.

Утром в лечебнице случилось ЧП: обнаружилось, что стены лечебницы были исписаны надписями «Я против Путина!» (и другими подобными). Надписей насчитали 13 (тринадцать). Было заметно то, что везде один и тот же почерк. Весь день шло расследование, но тщетно. По коридорам ходила уборщица и причитала: «Нечего напраслину на больных по чём зря возлагать! Це ж убогие!». Ближе к полуночи дело раскрылось: во время вечернего обхода один из санитаров в мужском туалете лечебницы обнаружил кем-то забытую рукопись новой книги с красноречивым названием «Это я, Эдичка 2. Против Путина».

Сегодня больной Лимонов проснулся какой-то подавленный. Он подошёл к больному Каспарову и сказал: «А если отрубить мне голову и сказать, что это – Путин отрубил? Путин и его приспешники-людоеды?». «И что?» – не понял Каспаров. «А то, что будет неплохое начало моей предвыборной президентской кампании!» – победно выпалил Лимонов. «А тебя без головы могут не зарегистрировать кандидатом» – сказал Каспаров. Лимонов кивнул и опечалился пуще прежнего.

Потом Лимонов, не стесняясь, залез на дремлющую Аллу Гербер и сказал: «Алка-Малка-огурцы! Просыпайся! Как же мне победить на выборах? Может быть, создать партию гомосексуалистов и матершинников-сквернословов? Или может, сначала стать сенатором в США чтобы подстраховаться?». Гербер ответила: «Уйди, простата! У тебя же базедова болезнь скоро начнётся! Непослушный мальчишка! Я тебе сколько раз говорила, чтобы ты в туалете за собой промывал!», потом скинула Лимонова и накрылась одеялом по уши.

Весь день Лимонов ходил по палате и приставал к больным со своей предвыборной кампанией. В конце концов больной Сергей Ковалёв угостил его бубликом, тремя леденцами и тот успокоился…

Вчера поздно вечером свежепоступивший больной Сергей Караганов залез на койку и объявил о начале записи бойцов в Гитлерюгенд. После этого в палате надолго установилась тишина. Палата застыла. Больные стояли вокруг и недоумевали. В полутьме светились безумные глаза больного Немцова. Из другого угла им вторили полные страха глаза Сванидзе. Нервно постукивали челюсти Боннер-Сахаровой. Жабьи глаза Новодворской раздулись. У Лимонова начался нервный тик. Вечно стоящая у кадки с деревом тень уже сдохшего Егора Гайдара стала причмокивать. От двери к окну, очень громко жужжа, пролетела муха. Больные были ошарашены. На лысине Караганова проступил пот. Караганов напрягся и выпалил: «Это потому что Гитлер защищал всё цивилизованное человечество от кровавого палача Сталина!!!». После этого ора вся палата в едином порыве взревела: «Хайль Гитлер!!!».

После того, как санитары в очередной раз приволокли Каспарова в больницу, у него возник новый невроз. Это вылилось в долгую безсонницу. По мнению больного Лимонова это связано с кризисом самосознания. Трое суток Каспаров ходил по палате не переставая, и повторял одну и ту же фразу: «Так чурка я или не чурка? А вдруг – чурка?».

В конце концов Каспаров решил провести опрос. Первым, кто попал под руку, был Жириновский. На вопрос Каспарова «Чурка ли я?» Жириновский ответил: «Пол литра мне, пачку сигарет – Касьянову, и ты не чурка». Каспарова такой ответ не устроил и он тот же вопрос задал Сергею Ковалёву. Ковалёв ответил: «Не, лучше звучит «грязный чебурек», тогда фашизма больше. Предлагаю «грязный чебурек». Но и это Каспарова не удовлетворило. Тогда Каспаров выбрался во двор лечебницы, сорвал несколько гроздьев боярышника и пошёл по палатам с криком: «Виноград свежий, да-а-а? Продаю, да-а-а? Недорого, подходи, покупай, за полцены, да-а-а?».

Сегодня в нашей лечебнице случился переполох: пьяный Борис Немцов распространил новость о том, что Алла Борисовна Пугачёва осталась без кала. Красный как бурак, Немцов поведал больным о том, как это случилось.

Услышав сию занимательную историю, все больные пришли в замешательство. Сергей Ковалёв выкрикнул: «Это Путин! Путин обезкалил Аллу! Запущен процесс обезкализации! Мало им кала, всё мало!».

Эдуарду Лимонову тоже понравилась эта мысль: «Наконец-то!» – воскликнул он, – «Программа моей президентской предвыборной кампании, можно сказать, написана! «Не дадим обезкалить Россию» – вот главный лозунг, вот главное требование свободных людей! Каловые массы принадлежат народу! Не может отдельно взятый чиновник обезкались отдельно взятого гражданина!».

«Весь кал, вообще-то, принадлежит США! И возникает вопрос: если Путин изъял у Аллы Борисовны столько кала, а все знают, сколько в ней было кала, то куда ж этот кал девается!? Ведь понятно, что этим калом дышит кровавая гэбня!», – выдвинул предположение Гарри Каспаров.

«А как же кал кровавой гэбни?», – вопросил Лимонов, – «И Министерства обороны?!».

Услышав о гэбне и Минобороны, Елена Боннер достала из-под батареи жёлтый кусок прошлогодней листвы и стала из него завывательно зачитывать: «Это – МО, это – МО И вонючее дерьмо!«…

Но Валерия Новодворская не дала ей закончить. В бешенстве она стала вещать: «Вот! Если я выступлю за то, чтобы Путин покаялся в лишении народа кала, я в третий раз получу премию имени Геббельса!».

Таким образом, каждому больному тема кала в очередной раз пришлась по душе…

Как известно, 31 числа каждого месяца больные нашей Палаты собираются на Триумфальной площади Москвы, где их тут же вяжут санитары. Сами они называют это «Стратегией 31» (хотя ещё год назад это называлось «Маршем несогласных»).

31 марта (несмотря на то, что ФСБ опять начало взрывать Россию) больные украдкой вырвались из лечебницы и проникли в центр Cтолицы, чтобы отстоять свое право быть «несогласными стратегами».

Вот как описывает происходящее независимая пресса:

«Больные с табличками «31» всё прибывают и прибывают на площадь. Там же стоит главный санитар лечебницы и управляет другими санитарами. Завидев кого-нибудь из больных, он командует: «Вон он, смотрите, задержать!». И больных задерживают и успокаивают.

Вот тащат т. н. координатора т. н. движения «Оборона» больного Алексея Казакова. Его пытается отстоять известный тяжелобольной Лев Пономарёв: «За что вы его задерживаете? Он ничего не делал, он просто вышел на время из лечебницы подышать воздухом!». Но правозащитника грубо отталкивают.

Кто будет следующим президентом России? – об этом тяжелобольной Немцов держал речь в дверях одной из палат нашей лечебницы, когда по ней с быстротою дворничихи прошлась весть о том, что Юлька, за которой Немцов когда-то ухлёстывал, и которая любит придумывать под одеялом Ночи Сварога разные ненормальные языки, проиграла в конкурсе художественной самодеятельности.

Это так потрясло некоторых больных, что, к примеру, больной Саакашвили попытался доесть свой галстук, не запивая, а больной Лимонов заперся в туалете и всю ночь напролёт выкрикивал из него несуразные лозунги о том, что он якобы снова с кем-то не согласен.

31 января произошло очередное массовое бегство больных из нашей лечебницы. Как стало известно, в итоге больные собрались на Триумфальной площади Москвы и устроили бучу.

Однако охрана, состоящая и специально подготовленных санитаров, вовремя сориентировалась. Во время бучи задержаны член бюро движения «Солидарность» Борис Немцов, руководитель движения «За права человека» Лев Пономарёв, председатель Московской Хельсинкской группы Людмила Алексеева, а также имеющий наибольшее число побегов Эдуард Лимонов.

В толпе бузотёров постоянно скандировали «Россия без Путина!«, «Не вернёмся в палату!» и «Позор опричникам и оприч позорникам!».

В тот же день все сбежавшие были доставлены обратно в больницу.